Дорогая моя столица

12 июля 2017, 09:00
0
2
404

Впервые песня "Моя Москва", ставшая гимном столицы, прозвучала в Улан-Удэ

Дорога моя столица

12-13 июля 2017 года в Бурятии пройдут Дни Москвы. В связи с этим к месту будет на­помнить об исполнившемся в прошедшем мае юбилее од­ного знаменательного собы­тия, навеки связавшего Улан-Удэ со столицей нашей Родины кровными узами, пишет газета "Бурятия".

«Похоронен был дважды заживо»

75 лет назад в конце мая 1942 года на станции Дивизионная в Улан-Удэ впервые прозвучала песня «Моя Мо­сква», с июля 1995 года утверждённая Мосгордумой Гимном столицы нашей страны.

Существуют различные версии о том, где произошло первое исполне­ние знаменитой песни Исаака Дуна­евского на слова Марка Лисянского. В одной из них правильно называется станция Дивизионная, но переносят её под Читу. В других пишут о безы­мянном разъезде то в Забайкалье, то на Урале, а то и вовсе в Средней Азии.

Наиболее достоверная, причём пер­вая, версия принадлежит ярославско­му композитору, историку советской песни, полковнику в отставке Юрию Бирюкову. Согласно моим разыскани­ям в интернете, первая публикация этой версии прошла в газете «Красная звезда» 27 ноября 1976 года, а потом неоднократно перепечатывалась.

Песня рождается, как правило, с написания её текста. Первоначально это было стихотворение, написан­ное младшим лейтенантом Марком Лисянским, командиром сапёрного взвода 243-й стрелковой дивизии, скомплектованной в Ярославле и сра­жавшейся на Западном фронте.

Июль 1941 года, самый тяжёлый период войны. Идёт ожесточённейшее Смоленское сражение. При разрыве бомбы командир сапёрного взвода по­терял сознание и был засыпан землёй. Бойцы нашли его по стону, донёсшему­ся из-под завала. Оправившись от кон­тузии, Лисянский вернулся в строй, но во время ночных занятий боевой под­готовкой провалился в волчью яму и сломал ногу. Сам выбраться не смог, и бойцы сочли командира погибшим. Но его нашли. Со сложным переломом отправили на лечение в госпиталь в Ярославле, где до отправки на фронт он работал в газете «Сталинская сме­на» и уже был известен своими сти­хотворными опытами.

После излечения в ноябре 1943 года на попутном грузовике Лисян­ский поехал через Москву разыски­вать свою 243-ю дивизию. Он трясся в кузове на каких-то ящиках. Прихо­дилось останавливаться, чтобы про­пустить идущие быстрым маршем в сторону фронта военные колонны. То и дело налетали самолеты. И тогда грузовик съезжал в кювет, чтобы пе­реждать бомбёжку.

Вспоминая по пути в столицу пере­житое ранее на фронте, офицер стал набрасывать в блокноте:

Я по свету немало хаживал,

Жил в землянке, в окопах, в тайге,

Похоронен был дважды заживо,

Знал разлуку, любил в тоске.

Но всегда я привык гордиться

И везде повторял я слова:

Дорогая моя столица,

Золотая моя Москва!

«Когда машина шла по московским улицам, уже сложилось стихотворе­ние, - вспоминал Марк Самойлович. - Мы остановились на полчаса непо­далеку от Пушкинской площади, я тут же записал всё стихотворение и пом­чался с блокнотным листком в редак­цию журнала «Новый мир». Здесь я от­дал своё произведение секретарше, и поспешил обратно к грузовику».

В этих строфах нет ничего при­думанного. Особенно в первом чет­веростишии автор этих стихов дей­ствительно «похоронен был дважды заживо». Но, к счастью, его дважды выручали подчинённые. Говорится здесь и о разлуке со своей возлюблен­ной Тоней Копорулиной, учительство­вавшей в ярославской глубинке.

Сама дивизия в это время отража­ла атаки гитлеровских частей из 9-й армии и 3-й танковой группы. Однако обратно «в сапёры» сильно хромав­шего Лисянского не взяли, и он стал сотрудником дивизионной газеты «В бой за Родину». Впоследствии Лисян­ский каким-то образом сумел выпи­сать к себе свою Тоню, которая стала работать корректором в газете.

Вскоре в дивизии сформировался ансамбль, куда поэт отдал своё стихот­ворение о Москве. Его переложили на простенькую мелодию и стали испол­нять в концертах.

6 декабря 1941 года 243-я стрел­ковая дивизия участвует в составе Калининского фронта в начавшемся наступлении под Москвой, и первой врывается в захваченный немцами Калинин (ныне Тверь - blogrb). В январе 1942-го дивизию перебросили под Ржев. Позже Лисян­ский узнаёт, что его стихотворение на­печатали в декабрьском номере жур­нала «Новый мир».

Как родилась знаменитая песня

Весной 1942 года журнал попа­дается на глаза композитору Исааку Дунаевскому, находившемуся вместе с ансамблем песни и пляски Централь­ного Дома культуры железнодорож­ников на длительных гастролях на востоке страны.

Но в этом пункте начинаются раз­ночтения между версиями. Большин­ство, в том числе и Юрий Бирюков, утверждает, что журнал со стихами попал в руки Дунаевского в вагоне агитпоезда на перегоне между Читой и Улан-Удэ. И тут же у композитора начинает рождаться мелодия песни. Но в стихотворении всего две восьми­строчные строфы. На помощь прихо­дит молодой режиссёр ансамбля Сер­гей Агранян. Евгений Мухтаров пишет в альманахе «Песни нашей Победы» (Ярославль, 2010): «Тот (Агранян) по­дошёл к делу творчески, оставив от стихов Лисянского лишь первую стро­фу и заключительные строки второй, а между ними дописал:

Я люблю подмосковные рощи

И мосты над твоею рекой.

Я люблю твою Красную площадь

И кремлёвских курантов бой.

В городах и далёких станицах

О тебе не умолкнет молва,

Дорогая моя столица,

Золотая моя Москва!

Незадолго до этого совершили свой подвиг 28 гвардейцев-панфиловцев. И это отозвалось следующей песенной строфой:

Мы запомним суровую осень,

Скрежет танков и отблеск шты­ков,

И в веках будут жить

двадцать восемь

Самых храбрых твоих сынов.

Замечательные строки. На мой взгляд, конгениальные написанному самим автором. Кстати, Марк Лисян­ский, как пишет Юрий Бирюков, до конца своих дней так и не признавал Аграняна как соавтора и требовал в Российском агентстве по авторским правам считать только его в качестве единственного автора и в сборниках печатал только свои строфы.

И всё-таки Дивизка!

Первое исполнение этой песни на музыку Дунаевского со стихами Ли­сянского, дополненными Аграняном, состоялось ночью всё на той же стан­ции Дивизионная. В сопровождении хора и оркестра её спела на импро­визированной сцене из нескольких железнодорожных платформ солист­ка ансамбля ЦДКЖ Марина Бабьяло. Много лет спустя она рассказывала: «Представьте себе: ночь, железнодо­рожный разъезд, импровизированная сцена, составленная из нескольких платформ, и тут же рядом - составы воинских эшелонов, отправляющихся к фронту: вагоны, платформы с зачех­лёнными танками и орудиями, суровые лица бойцов в касках, с автоматами на груди. Этот необычайный концерт навсегда мне запомнился. Волновалась я, конечно же, очень. Вы не представ­ляете, как трудно было сдерживать слёзы: москвичи ведь все мы, а Москва- то далеко, а Москве трудно…

Отзвучали последние аккорды. Что творилось! Заставили петь снова. Пять раз подряд исполняли мы эту песню. Видели бы вы лица, в особенно­сти глаза слушавших нас бойцов и ко­мандиров! Они светились решимостью и гневом, гордостью и печалью. Это непередаваемо!

Не знаю, право, что тому причиной (возможно, где-то и в чем-то моё ис­полнение, моя трактовка этой песни расходились с тем, какой она виделась её автору), но после концерта Исаак Осипович крепко меня отругал: «Свет­лее, мажорнее петь надо! - возмущённо отчитывал он меня, – разве не видишь, слёзы на глазах у людей…»

Видела, но что я могла поделать…

Впоследствии эту песню пела не только я, но и другие солистки наше­го ансамбля, пока она не закрепилась надолго за одной из нас - Зоей Рожде­ственской».

В её исполнении и прозвучала «Моя Москва» впервые по радио и стала одной из любимейших песен нашего народа.

Автор этих строк в 1965 году исполнял эту песню вместе со своим 10б во время празднования 20-летия Победы в Загустайской средней школе Селенгинского района. Дирижировала наш классный руководитель Валерия Николаевна Князькина.

В версии Мухтарова есть очевид­ные нестыковки. Так, журнал со сти­хами попадается на глаза Дунаевско­му на станции Дивизионная, там же в купе агитпоезда он сочиняет ме­лодию, а Сергей Агранян дополняет текст написанными им строфами, со­листка, оркестр и режиссёр разучива­ют песню. И там же на станции проис­ходит первое исполнение песни перед уходящими на фронт бойцами. И всё это, якобы, за одну ночь. Хотя кто зна­ет? Ведь на этой войне всё от начала и до конца было невероятным – и наша стойкость, и наша вера. И сама Победа была невероятной!

Сочтёмся славою с Читой

Не подвергая сомнению гений Дунаевского и недюжинный талант Аграняна, всё же осмелимся предпо­ложить, что процесс создания песни композитором и соавтором слов, её разучивания хором и оркестром пе­ред первым исполнением был более протяжённым во времени. Этому есть ряд убедительных доводов. Так, Ген­надий Турецкий в газете «Трудовая Россия» 4 марта 2013 года пишет, что журнал со стихами Лисянского попал­ся на глаза Дунаевскому в Хабаровске ещё в феврале 1942 года. И это похоже на правду. Ведь ансамбль ЦДКЖ на­ходился на непрерывных гастролях с сентября 1941 года по май 1943 года, т.е. 22 месяца! Артисты выступали перед бойцами военных частей, сосре­доточенных на восточной границе, а также перед ранеными в эвакогоспи­талях. Таким образом, ансамбль про­ехал с концертами Амурскую, Читин­скую области и, наконец, в 20-х числах мая 1942 года достиг Улан-Удэ.

Читинские журналисты А. Бари­нов и Ю. Нестеренко, основываясь на материалах газеты «Забайкальский рабочий» от 1942 года, пишут, что с 1 мая 1942 года в Доме Красной Армии Забайкальского военного округа шли концерты Ансамбля песни и пляски ЦДКЖ под руководством лауреата Сталинской премии Исаака Дунаев­ского. Исходя из протяжённого гра­фика гастролей, А. Баринов резонно предполагает, что «Моя Москва» была написана или, во всяком случае, нача­ла зарождаться ещё в Чите, а, возмож­но, досочинялась и в поезде на пути в Улан-Удэ. Следует учесть и дописыва­ние дополнительных строф, разучи­вание солисткой, хором и оркестром, что тоже требует времени. Думаю, следует великодушно согласиться с нашими соседями в их притязаниях, отметим, не столь уж категоричных.

Одно несомненно: впервые эта за­мечательная песня прозвучала 28 мая 1942 года в нашем городе на Дивизке! Эта дата подтверждается документа­ми ансамбля, хранящимися в архиве ЦДКЖ. А также косвенно, с разницей в датах в пять дней, вот таким постом из «ЖЖ» vkouznetsov in old_ulan_ude: «23 мая 1942 года в городе выступал Железнодорожный ансамбль песни и пляски Центрального Дома культуры железнодорожников (Москва) с уча­стием композитора Исаака Осипови­ча Дунаевского». (Бурят-Монгольская правда, №120 (7682), 22 мая 1942, стр. 2).

Как Сталин стал девушкой

Юрий Бирюков пишет, что песню на одном из концертов услышал Ста­лин, и она ему понравилась. Вождь предложил записать и исполнить её по Всесоюзному радио. Правда, чи­новники в Радиокомитете поинтере­совались, почему в песне, которая так понравилась Сталину, ничего не гово­рится о нём самом.

Исаак Осипович предложил сна­чала отыскать Лисянского. Однако музыкальный редактор радио не стал дожидаться, когда найдут авто­ра стихотворного первоисточника, и по собственной инициативе заменил в тексте песни всего одну строчку: «Где любимая девушка ждёт» на «Где любимый наш Сталин живёт». Эта версия песни в исполнении Зои Рож­дественской, тогдашней солистки Же­лезнодорожного ансамбля, прозвуча­ла однажды в эфире и была услышана Сталиным. В тот же день в кабинете главного идеолога страны А.С. Щер­бакова раздался телефонный звонок:

«Александр Сергеевич, - услышал он в трубке знакомый голос Верховного, - надеюсь, вы слышали сегодняшний концерт по радио и песню о Москве Дунаевского? Хорошая песня. Только не объясните ли мне, когда это дэвуш­ка Сталиным стала?..»

Инициаторам подмены песенных персонажей креп­ко досталось. Но, когда в 1947 году песню записали на грампластинку в исполнении Вероники Борисенко, строку со Сталиным всё-таки при­шлось вернуть - как некий символ и пропуск в эфир. Таковы были нравы того времени.

Быть юбилею «Моей Москвы» в столице Бурятии!

На заключительном концерте Дней Москвы в Улан-Удэ в Русском драмтеатре в сентябре 2009 года Гимн Москвы на очень хорошем уровне, гу­стым внушительным баритоном спел тогдашний заммэра столицы Юрий Росляк, человек богатырского сложе­ния. А инициатором утверждения пес­ни в качества Гимна Москвы был мэр Юрий Лужков, которому она очень нравилась, и однажды, как говорят, он исполнил её уже как Гимн столицы на концерте с хором мальчиков Москов­ской синагоги.

Думается, юбилейная презентация Гимна Москвы в городе, где он был впервые исполнен, была бы к месту во время будущих Дней столицы в Улан- Удэ и стала бы сюрпризом для гостей.

В преддверии Дней Москвы c 5 июня по 6 июля 2017 года пройдёт он­лайн-конкурс для жителей Бурятии, посвящённый российской столице. Положение о конкурсе уже выставле­но на сайте www.днимосквы.рф.

Николай Бадмаринчинов, сын рядового защитника Москвы

Комментарии
2

  • Ничего себе. Да мы круты!

  • Я как  автор статья загодя сделал перепост в фейсбуке, переслал лично и.о. министра культуры Т. Цыбикову с предложением организовать в связи с 75-летним юбилеем первого исполнения песни "Моя Москва" в Улан-Удэ историческую реконструкцию этого события прямо на ст. Дивизионная в вечернее время: танки, орудия на платформах, "суровые лица бойцов" - ве, как тогда, в мае 1942-го. Получил обтекаемый ответ: "Спасибо за информацию, передадим москвичам, посмотрим их реакцию". Иного ответа до вечера 12 июля, пока я в сети снова не напомнил Цыбикову о своем предложении, не последовало. Правда он успокоил меня тем, что не на Дивизке, а на площади Советов егодня, т.е. 13 июля исполнят эту песню и объявят историю первого ее исполнения в Улан-Удэ 28 мая 1942 года. А ведь историческая реконструкция не потребовала бы особых затрат. Жаль, конечно. Ну, вроде не игнорировали совсем мое предложение, а будто бы напомнят на концерте о том, что она родилась в нашем городе. И на том спасибо, что ли, господа чиновники.

     

Написать комментарий