В чем причина краха интеллигенции, почему вместо нее сегодня мокрое место, где копошатся очень странные существа, которые называются интеллигентами ровно в той степени, в которой называются актерами, писателями, режиссерами, журналистами

23 ноября 2019, 00:10
0
0
94

Для того, чтобы понять, как так получилось, отступим назад, почти к истокам формирования интеллигенции и посмотрим на эволюцию интеллигентского идеала, на те образы, фигуры и лица, по которым мерили свое житие российские интеллигенты.

До 1917 года это не только Уайльд, Шиллер, Гете, Байрон и другие, но (и прежде всего) Гегель, Кант, Фихте, Шопенгауэр, для более радикальных Маркс, Бакунин, Кропоткин, Штирнер, Ницше, Конт… Конечно Достоевский, конечно Гоголь, конечно Чехов и Соловьев. Разумеется, в центре самых горячих споров был Христос. И хотя для одних, как Франк, он был «светом, пронзающим небеса от края и до края», а для других, таких как Толстой «пренеприятнейший господин», сам масштаб фигуры, вокруг которой разворачивалась полемика, весьма показателен.
 
Для советской интеллигенции стало характерным деградация сознания и качественное измельчание идеалов. Вместо интеллигента, который видит полутона, постепенно возник гнилой интеллигент, который не видит ничего, кроме полутонов. На стенах появился «Хэм» (одно и то же фото по всей стране), который при всем уважении совсем не Достоевский, в столе современный или почти современный самиздат (Булгаков, исторический номер «Нового мира» с «Иваном Денисычем», письмо Раскольникова Сталину) на магнитофонах пленки Высоцкого, Окуджавы и Никитиных. Гимн «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались». Худо играть на гитаре, носить стройотрядовские штормовки, петь и слушать КСПшников тоже входило в неписанный кодекс чести. Весь пар уходил в сиюминутные кухонные свистки, а о чтениях или рассуждениях о богочеловечестве или оправдании добра никто уже не помышлял, хотя достать ксерокс издания «Посева» было гораздо труднее и опаснее, чем Соловьева или Бердяева. Уже не спасали мир и уж тем более Россию – спастись бы самим.
 
И вот в наши дни мы видим, в ком воплотились и старик Хэм и Окуджава и Солженицын и все, кто здорово собирался, зарывал виноградную косточку в землю, дворянствовал в арбатских дворах и обнимал стройный изгиб гитары. Быков. Шендерович. Улицкая. Ахеджакова – все какой-то сплошной Псой Короленко с Орлушей. Крики «Вернем Крым»! «Свободу Синице!», письма то в поддержку уголовников, то кощунствующих в храмах. Если бы это рассказали еще живой в начале 1990-х годов настоящей интеллигенции и показали грядущих интеллигентских кумиров, то интеллигенция сочла бы это за самую кощунственную насмешку. А ведь интеллигенции никогда не было стыдно за свои прошлые идеалы. Ни за Соловьева, ни за Бердяева, ни за Хемингуэя. Но вот на месте интеллигенции пустое «вместо», вплотную приблизившееся к ленинскому определению интеллигенции.
 
Интеллигенции больше нет. Приидите, последнее целование дадим.

Комментарии

Написать комментарий